Охота на выбивание [СИ] - Евгений Сартинов

Рязанов нагнулся, и занялся цыганом более подробно. Парень действительно был жив, даже дышал, но при этом глаз его были закрыты, а сам он был больше похож на мешок с дерьмом. После всех исследований Рязанов озадаченно взглянул на Колоникова и взялся за рацию.

— Семеновка, вызови «скорую» на угол Советской и Самарской. Предположительно перелом шейных позвонков.

Они долго ждали скорую, потом, уже в больнице, Колодников битый час ожидал, когда врачи разберутся, в какой мере он поуродовал цыганенка.

— Вам повезло, у него всего лишь вывих шейного позвонка, — сказал дежурный хирург. — Он сейчас пришел в чувство, все понимает, говорит, тело чувствует. Шея только у него сейчас так, — доктор изобразил руками некий зигзаг, — слегка набок.

— Ну, доктор, вы бы вправили ее на место, чего ждать? — посоветовал Андрей.

Врач засмеялся.

— Нет уж. Касьянов у нас в больнице нет, и шея такая тонкая штука, что ни один костоправ за нее браться не будет. Чуть не так нажмешь — и все. Да вы не переживайте. Счас мы его, запакуем в ошейник, и пусть ходит себе. Это что, ваш родственник?

— Да что вы доктор, не дай боже такую родню! — ужаснулся майор. — Цыган мне еще в родне не хватает. И так кого только нет, от негров, до евреев. Просто он попытался меня сегодня ограбить.

— Ну, так что же вы переживаете? — доктор никак не мог понять причину беспокойства этого милиционера. — Вы же, выходит, защищались.

— Это вам так все просто. А у нас вечно думают, что раз милиционер, значит, превысил меру самообороны.

— Это кто ж так думает?

— Да есть такие наследники Чингисхана, прокуратурой и судом их еще зовут.

Домой Колодников попал в полночь. Пока он раздевался, жена стола над ним в позе статуи правосудия. Только в руках были не меч и весы, а свернутая в трубочку газета.

— Ань, налей-ка мне водочки, — попросил Андрей.

— Чего это? — удивилась она. — Не нагулялся еще?

— Да я не гулял. Хуже дело. Цыганенка я одного поуродовал.

— Пристрелил?! — ахнула Анна.

— Нет, но шею на бок свернул.

— Живой, нет?

— Да, хрен его знает, выживет этот цыганенок, или нет. А так еще посадят твоего мужа, и все. Кажется, он еще, к тому же, и несовершеннолетний.

Анна тихо ахнула. Пока муж ел, она полезла в пакет с мясом, а потом отшатнулась.

— Фу, ты чего это принес-то?

— Говядину, как просила, а, что?

— Да ты понюхай ее!

Колодников сунул нос в пакет, и выругался.

— ..твою мать! Протухло! Дотаскал, с этой работой.

Анна взяла мешок, и понесла его куда-то из кухни.

— Стой, ты куда его?! — перехватил ее Колодников.

— Как куда? Выкинуть.

— Ты, чего, с ума сошла?! Положка в холодильник. И из сетки не вынимай. Это уже не мясо, это уже вещьдок.

Он налил себе еще рюмку, и произнес, со вздохом, короткий тост: — Ну, да минует нас статья уголовного кодекса за превышение пределов самообороны!

ГЛАВА 31

Утром Ольга забросила Астафьева к отделу, а сама проехала к себе, в прокуратуру. Свидетелей этого события в этот раз было немного, и все свои. На крыльце ГОВД, выкуривая последнюю, утреннюю сигарету стояли трое: Колодников, Паша Зудов, и Алексей Шаврин.

— Вчера я ведь так этого Пахаря и не дождался, — говорили Шаврин Колодникову. — Отдал повестку продавцу, тот грозился передать.

— А мне в ГИБДД дали список черных «Волг», пятнадцать номеров на город, вот и проверяй их все. Когда это я управлюсь, за неделю, не меньше, — поделился своей проблемой Зудов.

Колодников был менее разговорчив. С утра он позвонил в больницу, и с облегчением узнал, что цыганенок жив. Но и он оживился, увидев торжественный приезд Астафьева.

— О, Юрка, похоже, снова заарканил прокурорскую дочку. А то они, было, разругались. Как думаете, он все-таки жениться на ней? — спросил Андрей.

— Не, он не такой. Потрахает, и снова вильнет в кусты, — предположил Шаврин.

— А я думаю, жениться, — решил Зудов.

— Два литра водки, что не жениться, — предложил Андрей.

— Два в ответ, — согласился Зудов.

— Разбей! — велел Колодников Шаврину, что тот с удовольствием и сделал.

— Я в любом случае не в проигрыше, — засмеялся он. — Без меня все равно пить не будите.

— Счас я его приколю, — пригрозил Андрей.

— Здорово, мужики, — поздоровался Юрий.

— Юр, а ты сейчас, выходит, круче нашего полковника, — с ехидной усмешкой предположил Андрей.

— Почему это? — не понял Юрий.

— Ну, как, он сам машину водит, а у тебя личный шофер возит, да еще в чине младшего советника юстиции.

— Ой, а я думал, ты что-то умное скажешь! — под дружные смешки друзей скривился Астафьев, так же доставая сигарету. В это время на стоянку рядом с милицией подъехала черная «Волга». Шаврин тут же толкнул Пашку в бок.

— Вон, смотри, не твой клиент?

Тот полез в карман, достал список, и кивнул головой.

— Есть тут такой номер.

— Работай, — посоветовал Андрей, — чтобы не ловить его потом.

Между тем из машины вылез невысокий мужичок лет сорока пяти, закрыл машину, и с озабоченным лицом прошел мимо друзей, в здание управления. Зудов же выбросил сигарету, подошел к «Волге», и заглянул внутрь салона. Потом он начал присматриваться к самой машине, обошел ее со всех сторон, и поспешил обратно на крыльцо.

— Мужики, срочно нужно Сычева и понятых! — попросил он.

— Что, думаешь, она? — удивился Колодников.

— Как пить дать, она. Объяснять долго, но нужно этого мужика тормознуть.

Они вчетвером прошли внутрь, и тут же увидели нужного им владельца «Волги». Тот с бумажкой в руках стоял около окошечка дежурной части, и о чем-то расспрашивал дежурного. Тот же, увидев Шаврина, сразу показал на него рукой.

— А, вот он и сам. Алексей, ты этого гражданина вызывал на допрос?

Шаврин взял в руки бумажку, прочитал, и кивнул головой.

— Да, вызывал, но я вызывал к десяти, и не сюда, а в третье отделение милиции. Здесь же вот написано, вы что, не видели?

— А, а я не понял, думал сюда, — пояснил незнакомец. — Мне в десять часов некогда, мне бы сейчас лучше.

Мужики переглянулись. С одной стороны нужно было тормозить этого «клиента», с другой, везти его в третье отделение.

— Идите ко мне в кабинет, я все равно сейчас уйду, — предложил Астафьев. Они поднялись на второй этаж, Юрий открыл кабинет, пока все раздевались и рассаживались, Астафьев взял повестку и прочитал то, что было там написано.

"Виктор Пахарь", — после этих слов все, происходящее в этом кабинете, стало для Юрия гораздо более интересным. Он раздумал уходить, поставил себе стул, и сел с торца стола. Между тем Шаврин начал допрос.

— Итак, ваша фамилия, имя, отчество?

— Пахарь, Виктор Ильич, пятьдесят девятого года рождения…

Допрос шел как обычно, а Юрий больше разглядывал родного брата человека, заказавшего его несколько дней назад, чем слушал. Это был человек из породы людей, вечно суетливых, озабоченных делом, работой, какими-то все нарастающими проблемами. Люди такой породы хватаются сразу за сто дел, пытаются все успеть и никогда никуда не успевают. Вот и по ходу допроса он все поглядывал на часы, порывался куда-то звонить, два раза звонили ему. Сам разговор Пахаря был торопливый, как пулеметная очередь.

— Не, так Гришка был нормальный мужик. Пил, конечно, здорово, но никогда не прогуливал, не сачковал, не жаловался на похмелье. Работал как слон, физически он был здоровый, черт! Бывший спортсмен, что вы хотите?

— Вы ему много платили?

— Ну, полторы тысячи в месяц, я, считаю, нормально. Хлеб он у меня еще бесплатно брал, когда там еще колбаски ему перепадало, еще чего, — частил Пахарь. — Семья то у него большая, да этот еще ребенок больной.

"Мог бы и побольше платить, благодетель, — подумал Юрий. — Пользовался, что прописки и регистрации нет, вот и выжимал из белоруса все соки".

В кабинет заглянул Зудов, поманил пальцем Юрия.

— Задержите его еще на полчасика, — попросил Павел. — Сычев еще не подъехал, где-то на вызове.

— А его орлы?

— Да ну их нахрен, я им не доверяю! — отмахнулся Павел.

— Хорошо, попробуем.

Астафьев закрыл дверь, обошел допрашиваемого со спины, и показал руками Шаврину, словно растягивает эспандер. Тот виду не подал, но допрос продолжил в нужном русле.

— Если вы так хорошо ему платили, то почему он начал убивать стариков?

— Ну, на них же не угодишь, на этих мигрантов. Хоть миллион им плати, все равно будут недовольны. Рано или поздно он все равно соскользнул бы на скользкую дорожку. Водка, она до добра никого не доводит. Сколько не попей, оно же не кончается, пойло то.

— А друзья у него были?

— Этого я не знаю. Зачем мне это знать? А при чем тут его друзья?

— Ну, нам важно знать все, — пояснил Алексей. — Там телевизор был, у того деда, здоровый, метр на метр, один его хрен утащишь.